Сергей Пантюк без купюр

Напомним, в прошлую пятницу состоялась пресс-конференция, на которой была презентована идея акции «До школи з книжковим букетом». Идея нашла отклик не только среди херсонцев, но и среди наших гостей. Поддержать акцию и вывести ее на всеукраинский уровень пообещал Сергей Пантюк, секретарь Национального Союза писателей Украины по работе с молодыми авторами. После официальной встречи состоялось неформальное общение.

- Наша нация всегда была читающей. Что изменилось сейчас, где интеллектуальные, читающие люди?

- Итак, миф о «читающей нации»… Миф родился в тоталитарном обществе. В то время действительно выпускали очень много книг, и я объясню почему. Вспомните, сколько среди этого хлама было стоящей литературы. Чтобы купить нормальную книгу, нужно было сдать несколько килограмм макулатуры, выстоять длинную очередь. Под книгами вообще понимались учебники, пособия, а также разных видов пропагандистская литература. Вот откуда этот миф. Но украинцы в таких условиях действительно читали больше, потому что книга была доступной. Мой дедушка очень много читал, так как имел возможность приобрести книги. Так родилась наша семейная библиотека. Первое произведение, которое я прочел, - «Серед дикунів Нової Гвінеї» Мыклухи-Маклая – издано где-то в 48 году.

Что бы ни говорили о том времени, но поэтический сборник стоил 10-25 копеек, до рубля, произведение побольше стоило от 2-ух до 4-ех рублей. Даже на учительскую зарплату от 100 до 150 рублей книгу купить было реально.

Когда это все начало разваливаться, у нас не было денег даже на кусок хлеба. Те издательства, которые раньше работали и были дотационными, в условиях дикого капитализма испустили дух. Чтобы сейчас быть конкурентоспособным, нужно выдавать в год хотя бы 60 книг.

Настало время это возродить. Но никак не на государственном уровне. Бизнесмен, который первый вложит деньги в издательское дело, получит огромную прибыль. Вы знаете, где больше всего покупают книги? В райцентрах. Если приехать в областной центр, книгу не шибко будут торопиться покупать, приобретут от силы 20 штук. А в районном центре очередь - как за пивом. Собираются учителя, интеллигенция, библиотекари… Для них это событие, потому что книгу там неоткуда брать. Именно поэтому развитие издательского дела для нас актуально. Я обращался к властям. Начались мои попытки при Кучме, закончились сейчас. Даже когда поменялась власть, я думал, что что-то изменится… И отсюда мой вывод о том, что это могут сделать только бизнес-структуры.

- Люди в недалеком прошлом читали. Читают ли они сейчас? Почему этого не видно?

- То, что происходит сейчас, это даже не переоценка ценностей. Это переформатирование мировоззрения. Мы снова возвращаемся к разнице между тоталитаризмом и свободным обществом. В том обществе все четко было решено и установлено. Человек не получал больше своей зарплаты. Он проводит свой досуг так и не иначе. Но примите во внимание, что были государственные программы пропаганды книги как духовного факта. Были общества знаний. А что мешает это сделать сейчас? Уже несколько лет существует идея создания Института книги, который есть даже в Зимбабве, Тринидад и Тобаго, а у нас нет. У нас есть Институт литературы, но это что-то слишком общее. Вот институт книги как раз бы и занимался популяризацией чтения, книги. Делаются акции по раздаче книг на улицах. В Сербии в центре города останавливается огромный грузовик. Вы должны одну книгу взять, другую положить, хотя никто тебя не накажет, если ты просто уйдешь с книжкой. Это так называемый буккроссинг. Именно такие проекты нам нужны. Мы же не стали тупее. Мы стали внутренне бедней. Мы считаем, что лучше купить одежду, чем купить книгу. Мы стали потребителями. Мне вот все равно, я покупаю в секондхенде футболку и хожу в ней, я и так классный парень. А есть люди, для которых важно проявление внешней красоты. Почему так? Потому что недосмотрела интеллигенция, потому что когда начали развиваться эти процессы, интеллигенция сама думала, как бы выжить.

- И тем не менее, Украина с 6-го места по инновациям в рейтинге скатилась в пропасть.

- Ну, во-первых, «отток мозга». Понятное дело, что наши таланты сейчас все за рубежом. У моей кумы муж в юности начал делать изобретения. Изучал работу сердечного клапана. К нему обратились американцы с предложением работать. Он там уже лет 12, а нашим же он оказался ненужным. Работает на министерство обороны США. Он принципиально не берет американского гражданства, он же Украинец! Но, как он говорит, если бы ему платили достаточный минимум здесь, он бы никуда не уезжал. Вот потому у нас ничего и не развивается. Кроме литературы. Это единственное, что может развиваться не благодаря, а вопреки.

Вспоминаю, когда закончился советский период в Украине, мы, молодые писатели, готовили себя к Сибири, к тюрьме. Мы думали, что мы положим себя на какой-то алтарь. Но мы стали никому не нужны. Это было так обидно… Пиши - что хочешь, делай - что хочешь… Немного иронии, но писатель должен быть бедным, иначе ему не хватит эмоционального заряда. Потому что если ты не страдаешь от чего-то, ничего не выйдет. Тяжело быть жирным, богатым и быть писателем. Чтобы написать серьезное произведение, нужно перестрадать, пережить, нужно получать удары судьбы.

По моим подсчетам до десятка писателей будет в парламенте. Посмотрим, как они проявятся. Старшее поколение, «шестидисятники», все равно были испорчены совком. Они продвигали идею независимой Украины, но не хватило им сил эту идею реализовать. Как говорил один мой друг Дмитрию Васильевичу Павличко, «Дмитрий Васильевич, вам же 80 лет, вы же уже пожили. Обвяжитесь поясом шахида и сделайте последний подвиг в своей жизни и пойдите в Верховную раду!» - «Это же насилие…» - «Поймите, как поэт вы уже все сказали, скажите теперь как гражданин..»

Это то, что образно должны были сделать шестидесятники.

- Вы как человек, который считает поэта, писателя борцом, почему Вы стали во главе союза, занимаете руководящую должность?

- Это как-то звучит неправильно – руководство. Как можно руководить писателем? А никак. Есть менеджмент, есть общественная организация. Все люди, которые вошли в менеджмент, друг друга знали. Я, едва написав первую книгу, уже начал поддерживать молодых. И это делал бесплатно и всю жизнь. Находил способ выдавать их, и создавал фестивали, создал сайт «Інша література... И когда мне предложили должность, я решил заниматься молодыми талантами. И теперь у меня есть больше возможностей. Мне не могут отказать в просьбе дать, допустим, деньги на фестиваль. Меня могли не принять раньше, но послать секретаря союза по работе с молодыми немного проблематично. Я теперь официальная особа. И отказ свой нужно мотивировать.

Мы договорились, что совещания союза теперь будут выездными. Что такое творческая молодежь? Это молодые люди, о которых уже слышали, которые о себе заявили. Талантливых детей много, но послать вы можете одного или двоих. А если нас приедет 50, вы соберете 30 своих… На таких мероприятиях они начинают улучшать свой уровень. Каждый думает, что он гений, и других гениев нет. Когда он оказывается среди таких же гениев, он думает: «Оп-па, я подающий надежды…»

 - Кого из херсонской талантливой молодежи Вы знаете?

- Я  был на вашем фестивале «Антракт», пригласила Оля Швец. Адекватный, классный фестиваль, остались только приятные впечатления. Что у вас есть здесь талантливые люди, я уверен.

У нас есть новый сайт союза, старый не обновлялся с 2008 года. Там есть рубрика свежее перо. Так как я курирую этот проект, я всегда говорю, стрички, извините, но молодым у нас везде дорога, а вам остается почет. Поэтому передавайте народу творческому, что их работы ждут с нетерпением на сайте.

-       Как человек умудренный опытом, можете ли вы сказать может ли писатель в Украине выжить исключительно благодаря своему писательскому таланту?

-       Нигде он не может выжить. У нас в Украине есть только один писатель, который живет с писательской деятельности. Это Андрей Курков. Его произведения переведены на 32 языка. Его книги постоянно перевыдаются, гонорары большие, но с чего он начал. Его жена англичанка, поэтому он раньше нас имел доступ к Интернету. Он заходил на разные издательства, выучив несколько языков, и рассылал рецензии на свои романы, и получил 600 отказов. Только в 601 раз за мизерный гонорар согласились его напечатать. Представьте себе, какую внутреннюю силу надо иметь, если тебе 600 раз сказали, что ты никто.

Близки к этому Андрухович и Забужко, Жадан, они получают неплохие гонорары, но сказать, что они  живут только с писательской деятельности – неправильно. С чего живет писатель? Если удастся написать бестселлер и получить несколько миллионов – отлично, если нет – в мире развита так называемая эссеистика. И эссе хорошо везде оплачивается. Писатели постоянно пишут, это не так как у нас - написал книгу  и вновь отдыхаешь на лаврах. Когда имя уже известно, писатель может торговаться. Это все же бизнес. Конечно, я бы хотел, чтобы писатели могли жить за счет своего творчества. Но в поэзии это практически невозможно. Когда-то приехали американцы и привезли книгу в подарок. Прижизненное издание Керуака. И я вот радостный открыл ее посмотреть какой же там тираж, а там аж… 300 экземпляров. Поэзию читают избранные. У нас есть брендовые имена. Есть у нас Лина Васильевна. Люди, которые разбираются в поэзии, говорят, что Лина Васильевна, это конечно да, но вот Винграновский… Но у Костенко издаются книги куда большим тиражом. Первое, что приходит на ум после Т. Шевченко  - Лина Костенко, почему-то не Винграновский.

 

 

 

 

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Оцените первым
(0 оценок)
Пока еще никто не оценил
Пока никто не рекомендует
Авторизируйтесь ,
чтобы оценить и порекомендовать

Комментарии